Шарлотта Мейсон. Изучение родного языка.

В изучении любого языка важны 4 навыка — слушание, чтение, говорение и письмо. Мейсон старалась не выделять родной язык в отдельный предмет, а изучать его по ходу. Мы же приучены к иному — с первого класса русский язык изучается как отдельный предмет, на каждом новом этапе чуть глубже, причем в пятом классе дети повторяют всё то, что прошли в начальной школе. И при всём при этом мало кто любит и знает наш «великий и могучий».

Мы уже говорили о «живых книгах» — литературе для ума и сердца, написанной мастерами слова. Именно с них начинается изучение родного языка по Шарлотте Мейсон — ребёнок должен видеть много хороших примеров красивой русской речи. Обращайте его внимание на незнакомые слова, справляйтесь об их значениях в словаре, проговаривайте написание. Так вы расширяете словарный запас ребёнка. Пересказывая, ребёнок учится сам говорить красиво.
Потом ребенок начинает читать и писать. Об этом стоит поговорить отдельно. Пока давайте представим, что он уже умеет это делать.
Следующий шаг — списывание. Ребёнку даётся библейский стих, интересная цитата, отрывок из стихотворения или книги, которую вы сейчас читаете. Он должен переписать ее правильно (орфография, заглавные буквы, пунктуация) и так красиво, как только может. Не надо давать много, главное чтобы он выполнил работу качественно. Девиз: «Медленно и красиво!». Со временем позвольте ребенку самому выбирать, например, библейский стих из отрывка, который вы читали недавно, или который он сам читал; четверостишье из стиха, который понравился … Таким образом он чувствует себя хозяином положения, что повышает мотивацию.
Я начинаю давать короткое списывание, как только ребёнок учится печатать. Сначала буквально пару слов, постепенно увеличивая до одного стиха из Библии. Чуть позже ребёнок учится писать по прописям. Как только это усвоено — переходим к списыванию курсивом.
Где-то лет с десяти можно пробовать письменные пересказы — изложение прочитанного на бумаге.
Орфография. Мейсон считала, что ребёнок должен «видеть» правильное написание слова в уме, закрыв глаза. В начальной школе она не применяла списки словарных слов и упражнения на «вставьте буквы», а брала отрывки из «живых книг» для так называемых диктовок или подготовленных диктантов. Делается это просто — ребёнку даётся текст диктовки, он прочитывает его, подчёркивает слова, в которых думает, что может ошибиться. Вы вместе эти слова рассматриваете, говорите о том, почему они пишутся именно так (если это уместно), ребёнок должен представить их в своем воображении, закрыв глаза. Потом просматриваете пунктуацию, обсуждаете. И только после этого вы диктуете ребёнку текст небольшими отрывками (ориентируясь на знаки препинания), не повторяя отрывок два раза. (Кстати говоря, когда девушки учились в школе по системе Эльконина-Давыдова, они писали именно диктовки, а не диктанты. Я уже где-то писала, что Эмили в 5м классе пришла и поведала мне об этом. Я удивилась, сказала, что у них там, наверное, все отличники. Оказалось, что пятерок было только две, одна Эмилина).

Ожидание от формального знания грамматики на конец начальной школы у Мейсон были очень небольшие — знать, что такое предложение (слова, составленные так, чтобы был смысл), что они начинаются с заглавной буквы и в конце ставится знак препинания: точка, вопросительный (после вопросов) или восклицательный (если говоришь с чувством) знаки, что есть две части предложения — о чём или о ком говорится и что о них говорится. Только после этого идут начальные сведения о частях речи. Она говорила, что в раннем возрасте увлечь детей грамматикой невозможно, так как она имеет дело со словами (абстракциями), а не с предметами, поэтому ее изучение стоит начинать, когда ребёнку исполнится 10 лет. До этого же он видит, слышит, читает и практикуется в написании грамматически правильной речи — пополняет свою копилку примеров.
Если не сдавать промежуточные аттестации до окончания 4-го класа (что сейчас абсолютно законно), то и мы могли бы ограничится этим. Хорошего учебника по русскому для началки я так и не нашла. Многие хвалят старые советские учебники, но я не смогла по ним учить. Думаю, что в четвертом классе вполне можно начать учиться по учебнику для пятого класса (если начинать обучение с шести лет, как советует Мейсон). Или же использовать пособие Ахрименковой для 2-4 классов. Для средней школы мне очень нравятся учебники Граник, я уже писала о них.
Есть то, что в нашей стране считается «живыми книгами» по русскому для начальной школы — прежде всего Татьяна Рик про части речи (хотя сама Мейсон была против очеловечивания частей речи, считала это оскорблением ребёнка), Лев Успенский «Беда с этим козликом», Яков Козловский, Александр Шибаев, «Акитаммарг» Ольги Соболевой, «Неправильные правила» Агафонова, книги Волиной, Феликса Кривина, "Веселую грамматику "Радионяни". Моим еще нравился аудиоспектакль Натальи Манушкиной "Секреты русского языка"

Через неделю поговорим про обучение математике по Шарлотте Мейсон.

Об авторе Люда

У нас с мужем восемь детей от двадцати до четырёх лет. Семейным образованием занимаемся уже больше 12 лет. Две старшие дочери с отличием закончили 9 классов экстерном. Анита закончила Красноярское художественное училище и поступила в Московскую Академию живописи, ваяния и зодчества, а Эмили учится в музыкальном училище. Эдик девятиклассник, Павел — шестиклассник. Саша второклассник. Пете пять лет. Приёмным девочкам Лере и Лизе шесть и четыре года. Блог начался с фиксирования событий для себя (воспоминания, воспоминания!). Сейчас это и мой способ поделиться мыслями, опытом и наработками с другими. Когда читаешь о чьих-то идеях, приходят свои. Поэтому, если наш опыт кому-то поможет, слава Богу! Обратите также внимание на недавно открывшийся форум.

Запись опубликована в рубрике Воспитание, Жизнь, Философские вопросы, Шарлотта Мейсон. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *